Мультимодальная арт-терапия звучит как профессиональный термин, за которым трудно представить что-то конкретное. Возникает ощущение, что речь про отдельное сложное направление, хотя идея на самом деле довольно простая.

Разберём её по порядку, а заодно ответим на вопросы, которые нам задают перед записью в группу чаще всего.

Модальность здесь это способ выражения. Мультимодальный подход означает, что внутри одной программы используется несколько таких способов: рисунок, коллаж, лепка и работа с глиной, фотография, письмо, движение, голос, драматическое действие, работа с воображением.

Каждый из них рассматривается как самостоятельный язык, через который человек может исследовать собственный опыт. Не как упражнение для разнообразия, а именно как язык, у которого есть свои возможности и свои ограничения.

Сложился такой подход постепенно. По мере развития метода специалисты заметили, что разные люди по-разному входят в контакт со своими переживаниями. Одному легче выразить себя через изображение. Другой почти ничего не чувствует, пока не начинает двигаться. Третий неожиданно находит нужные слова после нескольких минут свободного письма. Для кого-то именно звук или работа с голосом становится тем моментом, когда внутреннее напряжение наконец становится заметным.

Профессиональные определения это отражают. Творчество в них описывают как широкий спектр художественных процессов, которые используются для поддержки эмоционального благополучия, самопознания и психологических изменений, и ни один материал или техника не выделяются как обязательные. Есть и близкая формулировка: художественное выражение это средство коммуникации, которое может принимать разные формы в зависимости от потребностей человека и подхода специалиста.

Потому что человеческий опыт редко умещается в одну форму восприятия.

Воспоминание может прийти через запах или музыку. Тревога ощущается в теле раньше, чем человек успевает назвать её тревогой. Некоторые события хранятся отдельными образами, а не связным рассказом. Радость проявляется в движении быстрее, чем в словах.

Психология давно рассматривает восприятие как процесс, в котором одновременно участвуют разные сенсорные и эмоциональные системы. Именно поэтому современная психологическая работа всё чаще обращается не только к разговору, но и к телесному опыту, воображению, вниманию и творческой деятельности.

Каждая модальность позволяет подойти к переживанию немного иначе. Рисунок помогает увидеть общую картину происходящего. Письмо делает мысли отчётливее. Движение обращает внимание на напряжение или ограничение, которое долго оставалось незамеченным. Голос помогает почувствовать эмоциональную окраску. Воображение делает доступными образы, которые трудно описать рационально.

Ни один из этих способов не считается более правильным или более глубоким. Их ценность определяется тем, насколько естественным получается контакт человека с собственным опытом.

Человека, впервые пришедшего в группу, обычно удивляет, что встреча включает не только краски и карандаши. Иногда предлагается несколько минут свободного движения, короткое письменное упражнение, работа с фотографиями, звук или небольшая импровизация. Вопрос «а это тут при чём» возникает закономерно.

Ответ снова про устройство опыта. Радость может ощущаться как лёгкость в теле ещё до осознания. Потеря сначала проявляется молчанием, а не словами. Тревога становится заметной через дыхание, напряжение мышц или образ, который неожиданно появляется во время работы.

Каждый художественный язык делает доступной свою сторону этого опыта, и речь не о поиске более правильного способа. Разные модальности просто открывают разные точки входа в один и тот же процесс. В профессиональной литературе для этого используется понятие expressive arts therapies, объединяющее направления, которые свободно переходят между видами искусства в зависимости от потребностей человека.

Есть у этого и совершенно практическое следствие, которое участники замечают довольно быстро. Иногда во время рисования процесс словно останавливается: мысли начинают повторяться, внимание рассеивается, появляется ощущение тупика. После короткого движения, нескольких строк письма или простой работы с голосом всё продолжается.

Дело не в том, что одна техника сильнее другой. Разные виды деятельности требуют немного другой организации внимания, и когда меняется форма взаимодействия с материалом, меняется и то, как воспринимается собственный опыт. Исследования креативности и эмоциональной регуляции связывают такие переключения с большей когнитивной гибкостью и с более широким набором способов переработать происходящее. Здесь мы сразу оговоримся: сами по себе переходы между модальностями универсальным эффектом не обладают, значение имеет то, во что они встроены.

В практике это выглядит естественно. После изображения человек записывает несколько слов, которые раньше не приходили в голову. После письма возвращается к рисунку. Иногда именно движение помогает увидеть композицию будущей работы, а иногда созданный образ становится отправной точкой для разговора. Каждая следующая модальность не отменяет предыдущую, она позволяет посмотреть на тот же опыт под другим углом.

Нет. И этот вопрос волнует почти всех, кто впервые приходит в группу, поэтому ответим на него подробно.

Воображение обычно рисует ситуацию, в которой придётся делать всё, что предлагает ведущая, независимо от состояния и готовности. Профессиональная практика устроена иначе: добровольность относится к базовым этическим принципам, и уважение к автономии участника считается обязательной частью работы.

Поэтому приглашение к упражнению остаётся именно приглашением. Иногда человек выбирает наблюдать за процессом со стороны. Иногда делает только часть задания. Иногда предлагает собственный способ работы с темой встречи. Всё это становится частью процесса и обсуждается так же внимательно, как любая выполненная работа.

В группе это особенно важно, потому что чувство безопасности складывается постепенно. Возможность самостоятельно регулировать степень участия связана с более высоким доверием, меньшей тревогой и, как ни странно, с большей вовлечённостью в дальнейшую работу. Человек, которому разрешили не делать, обычно делает больше.

Можно, и мы скажем больше: сам отказ нередко оказывается самой содержательной частью встречи.

Когда человек замечает, что именно это упражнение вызывает сопротивление, у него появляется возможность рассмотреть собственную границу вблизи. Почему сопротивление возникло сейчас. С чем связано. Что было бы нужно, чтобы стало возможно. В такие моменты значение имеет не выполненное действие, а сам процесс принятия решения, и он обсуждается наравне со всем остальным.

Отдельно скажем то, что снимает тревогу у многих: в группе не нужно объяснять причину отказа, если объяснять не хочется. Достаточно сказать, что сегодня вы предпочитаете наблюдать.

Это нормально и встречается почти у всех. У каждого постепенно складываются предпочтения: кто-то свободнее чувствует себя с красками, кому-то ближе фотография и коллаж, кто-то почти не рисует, зато охотно пишет, а кому-то проще исследовать переживания через движение или голос.

Современная психология рассматривает творчество как разнообразную деятельность, а не как единый навык, и люди действительно различаются по привычным способам обрабатывать информацию и выражать чувства. Никакого единственного правильного языка здесь не существует, и осваивать все формы подряд не требуется. Если сегодня легче работать с изображением, нет причин переходить к движению только потому, что оно есть в программе.

При этом мы замечаем одну закономерность, о которой стоит сказать. Довольно часто именно непривычная модальность открывает что-то новое. Человек, всегда предпочитавший слова, вдруг обнаруживает важный образ во время рисования. Тот, кто привык анализировать свои чувства, замечает, что несколько минут движения позволяют пережить знакомую ситуацию иначе.

Такие открытия не обязательны, и никто не будет вас в них подталкивать. Но пространство для того, чтобы мягко попробовать незнакомое, в программе сохраняется всегда.

Потому что они не существуют как отдельные упражнения, а складываются в один процесс.

Иногда встреча начинается с короткой практики внимания к своему состоянию. Потом появляется изображение. После него несколько строк текста, которые помогают точнее сформулировать переживание. В завершение группа обсуждает полученный опыт. В другой день последовательность может быть совершенно иной, и это не импровизация ради разнообразия: каждая модальность продолжает предыдущую и создаёт условия для следующей.

Именно поэтому опыт двух участников одной программы никогда не совпадает. Даже когда группа выполняет общее задание, каждый входит в него со своей историей, своим способом восприятия и своим темпом.

И здесь мы считаем нужным сказать то, что обычно опускают. Систематические обзоры пока не позволяют утверждать, что какая-то одна модальность или определённая последовательность упражнений имеет преимущество. Наибольшее значение имеют общий процесс, квалификация ведущей и качество отношений, которые складываются между участниками. Так что профессиональные программы редко строятся вокруг заранее заданного набора техник; форма включается тогда, когда она соответствует теме встречи.

Группа создаёт условия, в которых разнообразие человеческого опыта становится видимым.

Одно и то же задание приводит к совершенно разным результатам. Один участник берёт акварель, другой карандаш, третий делает коллаж, четвёртый пишет короткий текст. Все работают с одной темой и находят разные способы её выразить.

Постепенно становится очевидно, что единственного правильного решения не существует. Различия перестают восприниматься как ошибка и начинают выглядеть тем, чем они и являются: естественной частью человеческого опыта. Для многих участников именно это оказывается самым важным открытием, и происходит оно не через объяснение, а через то, что человек видит своими глазами.

Мультимодальный подход не учит рисовать, писать или двигаться определённым образом. Он создаёт пространство, где разные художественные языки помогают внимательнее услышать себя. Иногда достаточно одного изображения. Иногда требуется несколько способов выражения, чтобы переживание стало яснее. В центре находится не техника и не материал, а человек, который постепенно находит собственный способ говорить о том, что раньше было трудно выразить словами.

Если вы только присматриваетесь к методу, начать стоит с общего разбора: что такое арт-терапия и кому она подходит.

В ART BE все программы построены на мультимодальном подходе: образ, тело, движение, звук и слово дополняют друг друга, а группы остаются малыми, до восьми человек. Посмотреть программы можно здесь, а попробовать формат бесплатно на открытых встречах.